title
Теплоснабжение Газоснабжение Водоснабжение и канализование Электроснабжение Энергосбережение и энергоэффективность Наружное освещение и подсветка
История
 
494

Георгий Полтавченко,

Губернатор
Санкт-Петербурга

«этот замечательный проект посвящен труженикам инженерно-энергетического комплекса Санкт – Петербурга, от профессионализма которых зависит стабильное развитие нашего города, благополучие и комфорт жителей и гостей Северной столицы»

 

Андрей Бондарчук

Андрей Бондарчук,

Председатель
КЭиИО

«Ясность целей, прозрачность финансирования и экономическая обоснованность – вот три важных критерия, по которым можно обсуждать эффективность и социальную значимость любой программы.»

 

00001
00002
00003
00004
00005
00006
00007
00008
00009
00010
00011
00012
00013
00014
00015
00016
00017
00018
00019
00020
00021
00022
00023
00024
3D
001
002
003
004
005
006
007
008
009
010
011
012
013
014
015
016
017
018
019
020
021
022
023
024
025
026
027
028
029
030
031
032
033
034
035
036
037
038
039
040
041
042
043
044
045

Как зажигали фонари

Как зажигали фонари

Говоря об истории Cеверной столицы, вступившей уже в свое четвертое столетие, мы не вправе обходить стороной ее самобытный облик, ее бытовую культуру, ее несравненный, дивный свет. А он – таковы уж законы наших суровых широт! – неотделим от вечернего и ночного освещения улиц, проспектов и площадей прекрасного Петербурга.

Ночь, улица, фонарь, аптека…

Начиналось все буквально с рождения града Петрова. А приурочивалось, как водится на Руси, к знаменательным датам. Первые огни вспыхнули у нас 23 ноября 1706 года, когда отмечался разгром шведских войск под Калишем. На четырех улицах, выходивших к Петропавловской крепости, вывесили – на один осенний вечер – довольно яркие масляные фонари. Это был важный шаг вперед, настоящее «световое окно в Европу»: до государя Петра Алексеевича отечественные города практически не знали ночного освещения. С сумерками закрывались ворота, запирались двери и опускались ставни. Тем же, кому «выпадало» идти куда-то по делу, приходилось брать с собой нечто вроде карманного фонарика, где огонь мерцал за надежным, толстым стеклом. И хотя в 1698-м в подмосковном селе Преображенском возле царского дворца зажгли восемь «ламп», дальше прогресс, увы, не двинулся. Подлинным энергетическим пионером стал Петербург.

Как зажигали фонари
Как зажигали фонари

Впрочем, и на берегах Невы постоянные светильники появились лишь в 1723 году – хлопотами рачительного генерал-полицмейстера Антона Дивиера. На Ямбургских заводах изготовили 595 осветительных приборов, работавших на конопляном масле. Они действовали в течение трети календарного года (поздней осенью и зимой) – по пять часов в сутки. Крупные, высокие фонари ставились на 50 сажен (около 107 метров), а маленькие, низенькие – на 16–18 сажен (от 33 до 38 метров) друг от друга, что, конечно, не рассеивало тьму, но все же создавало некоторый уют и комфорт.

Не обходилось, разумеется, без нареканий. Поскольку огоньки горели тускло и недолго, в народе судачили, что тому есть веская причина: фонарщики-де отливают себе масло для каши. Для подобного вывода, очевидно, имелись определенные основания: на Масляном дворе выявили, что масло чисто, для пищи приятного вкуса, но горит не так светло, ибо сделано из сырых коноплей, иного же из сухих коноплей в привозе нет.

Как зажигали фонари
Фонари XIX века. Каменноостровский пр., 1/3
Фото: Владимир Антощенков

Примерно с середины 1830-х власти и купцы, взявшие фонарное дело на откуп, стали применять газовые рожки. В 1835-м возникло даже «Общество освещения газом Санкт-Петербурга». Но и здесь не все было идеально: «летучая смесь» оказалась очень дорогим удовольствием, и ее использовали только в пределах столичного центра. Городские же окраины этой чести не удостоились, и вечера там коротали под чад масляных плошек. С 1849 года свет стал исходить и от спирто-скипидарных фонарей. (Прежняя попытка «начинять» их добротным хлебным спиртом не удалась: где-то через 30–40 минут после выхода на работу вся обслуга спала молодецким сном)…

Три параллельных вида освещения – масляное, газовое и спирто-скипидарное – просуществовали до августа 1863 года, когда на улицах и в переулках Северной Пальмиры вспыхнули шесть тысяч керосиновых горелок. Они соседствовали со своими газовыми сестрами, а вот конопляное масло и спиртовой скипидар из хозяйственного обихода исчезли.

А дальше – свет невыносимо щедрый…

Отмена крепостного права незримой рукой ускорила и технический марш России. Летом 1873 года на Одесской улице провели эксперимент с лампами Лодыгина, и затем электричество начало постепенно завоевывать жизненное пространство. Однако коммерсанты, делавшие ставку на газ и керосин, тоже не дремали, и в столице гремела не слишком заметная для обывателя конкурентная борьба. Она продолжалась – с обострениями и затишьями – несколько десятилетий подряд, но к бурным дням революции Петербург, превратившийся, по военным обстоятельствам, в Петроград, освещался исключительно электрическими лампионами.

Как зажигали фонари
Как зажигали фонари

К этому заблаговременно приложил руку сам императорский престол. 16 июля 1886 года государь Александр III утвердил устав «Общества электрического освещения», основанного купцом I гильдии Карлом фон Сименсом. А чуть больше, чем через полгода, в феврале 1887-го, все петербургские газеты известили читателей, что Общество открывает свою практическую деятельность и что, стало быть, удобный выключатель может прийти в любую платежеспособную квартиру. И жители начали постепенно подсоединяться к городской сети. Именно поэтому Питер и сиял по вечерам и ночам всеми цветами радуги. В конце XIX века в Петербурге возникают первые в России стационарные электростанции – на Обводном канале, на Новгородской улице и на набережной Фонтанки. Их строят не только Карл Сименс, но и другие предприниматели. А летом 1907 года известный инженер Генрих Графтио организовал у нас трамвайное сообщение и построил для этого специальную электростанцию.

В декабре 1917-го большевики национализировали сименсовский деловой клуб. Он стал частью ОГЭСа – Объединения государственных электростанций, а в 1922-м на его базе зародился трест «Петроток». Вообще – под занавес изнурительной Гражданской войны, – выражаясь стихами Александра Блока, «свет электрический потух»: наш город, потерявший столичный статус, погрузился в форменный мрак – фонари погасли. Но с появлением «Петротока» вновь замерцали в ночном петроградском тумане. С 1932-го, уже с кировских времен и вплоть до нынешних дней, свет и тьма стали прерогативой объединения «Ленэнерго».

В двадцать пять небольших свечей

На базе дореволюционных успехов и наработок шло и советское строительство. Осуществление громкого плана ГОЭРЛО («Коммунизм, – восклицал Ленин, – это Советская власть плюс электрификация всей страны!») развернулось тоже здесь, на просторах Северо-Запада. В 1922-м была возведена первая теплоэлектростанция «Уткина заводь». В 1924-м от электростанции на Фонтанке (когда-то заложенной бельгийскими рабочими) протянули теплопровод, что обеспечило шаги по постепенной масштабной теплофикации всех российских городов. Наконец, 19 декабря 1926 года вошла в строй и самая первая, и мощнейшая в Советском Союзе гидростанция – Волховская ГЭС. Почти тогда же рабочие проложили невиданную для нас линию электропередачи напряжением до 110 КВ.

Как зажигали фонари
Фонари на Итальянском мосту через канал Грибоедова
Фото: СПб ГУП «Ленсвет»
Как зажигали фонари

Ровно через семь лет, 19 декабря 1933-го, была пущена Нижне-Свирская ГЭС – станция, возведенная на плывущем грунте (девонских глинах). Чтобы избежать деформации различных объектов, под ними разместили массивную цельную бетонную плиту. Мировая практика не знала тогда столь смелых технических решений. Причем энергия, направляемая в Ленинград, перебрасывалась из Нижнесвирья на Чесменскую подстанцию по проводам с напряжением 220 КВ и на расстояние 240 километров. Ну а первой электростанцией, обязанной своей жизнью исключительно отечественным мастерам – как строителям, так и станочникам, изготовившим турбины и приборы, – оказалась Дубровская ГРЭС.

К эпохе грозных военных испытаний в системе «Ленэнерго» состояло до 20 профильных предприятий, в том числе шесть тепловых электростанций, три ГРЭС, а также сетевые и ремонтные точки с общей мощностью 785,5 тысячи кВт – при выработке энергии, превышающей 30 миллионов кВт/час. Блокада, начавшаяся в сентябре 1941-го, нанесла страшный ущерб: было утрачено около двух третей всей энергомощности. Но опыт и смекалка, жесткая централизация и умелое применение техники спасли город: в разгар боев были восстановлены и усовершенствованы Волховские линии, а по дну Ладожского озера протянули четыре кабельные нитки длиной более 100 километров. В сентябре 1942-го энергетический коллапс прекратился – северная столица получила обильный поток тепла и света…

Как зажигали фонари
Площадь Восстания, у Московского вокзала
Фото: Ольга Землянова

В послевоенный период произошла серьезная реорганизация энергосферы. Резко улучшилось электроснабжение Ленинградской области, и к 1975 году все сельские населенные пункты, их жители, их инфраструктура были освещены и обогреты. Появились подстанции «Восточная», «Чудово» и «Южная», была сооружена высоковольтная линия (750 КВ), пролегли тепломагистрали с диаметром труб 1400 миллиметров, специалисты телемеханизировали систему управления. Окрепло сотрудничество с зарубежными партнерами: в 1980-м для регулярных энергопоставок в Финляндию был построен уникальный по той поре Выборгский преобразовательный комплекс (с подстанцией и двумя линиями 400 КВ). Это позволило ежегодно в течение 10 лет передавать финским соседям (за хорошие деньги!) четыре миллиарда кВт/час при базовой мощности до 600 мВт. Европа еще не знала такого энергетического потолка…

Как зажигали фонари
Как зажигали фонари
Малая Конюшенная улица
Фото: Ольга Землянова

Взрослый день восходит в ясном свете…

Рыночные ветра не облетели, конечно, и электроотрасль. В 1992 году, после приватизации, было учреждено Открытое акционерное общество «Ленэнерго», что слегка напомнило события более чем вековой давности – эпоху сименсовского общества 1886 года. Но неорганизованный, плохо структурированный рынок 1990-х оставил тяжелый след, ощущаемый и по сей день.

В 2000-м обозначился свет в конце тоннеля. За несколько лет удалось выстроить пять совершенно новых системообразующих подстанций (100 КВ), реконструировать свыше 120 километров тепловых сетей и десятки тысяч километров электролиний. С 2006-го предусмотрены невиданные по размерам инвестиции в энергокомплекс города на Неве. До 2012 года должно быть истрачено примерно 300 миллиардов рублей. Немалые суммы пошли на обустройство Ленинградской области. Созданы высокоэффективные энергоисточники: подстанция «Волковская» (подспорье для Фрунзенского и Московского районов Петербурга, а также Фрунзенского радиуса нашего метрополитена) и подстанция «Вырица» в Гатчинском районе Ленобласти (для снабжения поселков Вырица, Сусанино, Семрино, Кобралово, Новинка, Слудицы, Мины, Каушта, Красницы, где, кстати, с удовольствием отдыхают многие петербургские дачники – с детьми и внуками).



Сергей Дементьев



 
Актуальное интервью
Mitelev

Сергей Мителёв,

директор СПб ГУП «Ленсвет»

 

Мы избавились от ртутных ламп и перешли на натриевые, дающие прох-ладный белый свет, что сберегает 40 процентов энергии. Следующим витком станет масштабное внедрение светодиодов. Это «сбросит» нагрузку с 150 до 80 ватт.

12+

spb  При поддержке Комитета по энергетике и инженерному обеспечению
  © 2012